– А что посоветовать людям, которые столкнулись в Церкви с несправедливостью, жесткостью, излишней требовательностью, непониманием, может быть, даже с хамством? Многие обижаются.

– Почему «может быть»? Это обычная роль, мы же советские люди. Как-то умирала дивеевская монахиня. Был прекрасный фильм, жалко, что его не повторяют. Она перед смертью сказала замечательные слова: «Кончилось царство Хамово». Царство-то кончилось, а хамство еще осталось. Это долгая вещь, как после войны очистить поля от всякого железа, свинца, не дай Бог, взрывчатки, это обычное дело. Советская действительность хамоватая, потому что все Политбюро матом ругалось. Это же идет и вниз. Если раньше офицер – это «Ваше благородие», то при советской власти – это «трам-тарарам-тамтам». Это стало общим местом и считалось хорошим тоном. А сейчас еще наша, как говорится, отечественная интеллигенция под руководством всеми уважаемого, не очень любимого диктора, телевизионного ведущего, вообще говорит: мат – это… Чуть ли не оды готовы петь матерщине. Хотя очень легко можно обойтись. Просто люди не понимают. Но обычно это люди безбожные.

– Но когда с этим сталкиваются вне Церкви, к этому привыкли. В Церковь идут с тем, чтобы глотнуть свежего воздуха, чего-то иного.

– Это понятно. Но вот представь себе: некоего человека, который всю жизнь занимался карточным шулерством, грабежом на улице, насилием над слабыми, вдруг кто-то поймал в подъезде и немножко придушил. А потом он решил выйти на улицу и глотнуть свежего воздуха. И что, он сразу стал ангелом, что ли? Такой же жулик, насильник, человек далекий вообще от Бога, от Церкви.

Многие люди, когда приходят в первый раз на исповедь, тоже мало что понимают, что такое исповедь. Хорошо сейчас книжки есть. Отправишь его за ящик: купи себе, почитай. А что говорить о тех, которые просто пришли свечки ставить? Они как блуждающие астероиды – ходят туда-сюда, подряд толкают, все купил: «Так, мне свечку вот эту…»; взял, пошел, поставил, перекрестился, развернулся и пошел. Не чувствует, что здесь. То, что тут поют, читают что-то… Совершенно не касается. Ну что с него взять? Такого человека нужно хотя бы десять раз в театр поводить, чтобы он научился вести себя в приличном обществе. Так что делать? Каждый раз не будешь же за шкирку выгонять. Да он и не поймет – за что. Когда такому человеку говоришь: ты что кричишь? – он отвечает: это у меня голос такой. Или дети в общей столовой начинают громко орать. Сидит папаша и не может им слова сказать. Ну что делать?

– Да, батюшка. К сожалению, привычки в человеке меняются медленно.

– Да. Очень долго. Раньше ведь в церковь все ходили – и помещики, и князья, и офицеры, и те, кто состоял в духовном сословии, жены, племянники, внуки и так далее. И народ простой, как мы говорим, приходил и смотрел, как ведут себя люди белой кости.

– Благородные.

– Да. И приглядывались. Хотя бы визуально изучали манеры. А сейчас? Просто как в притче о Царствии Небесном, кого Господь собрал. Если и есть какой человек из благородных…

Тут ко мне пришла одна дама, на вид лет восьмидесяти, одета хорошо, даже красиво, по-старинному. Оказалось – евангелистка. Пришла меня агитировать за евангелическую веру. Я говорю: ну какая же Вы евангелистка? Вы же Евангелия не знаете. Что ни спросишь – все не знает. Даже не знает, кто создал для евангелистов русский перевод. Я говорю: ну нельзя же, Вы такой на вид приличный человек, так хорошо по-русски изъясняетесь, а элементарных вещей не знаете. Так что всякие бывают разочарования.

протоиерей Димитрий Смирнов